Психотерапия как особая форма общения

Год издания и номер журнала: 
2014, №3

Аннотация:

В статье рассматривается психотерапия как особая форма общения, а именно – самоактуализирующее общение. Через новое введенное понятие раскрывается сущность той формы общения, за которым клиент обращается к психотерапевту/психологу-консультанту, описываются его признаки и условия.

Ключевые слова: психотерапия, психологическое консультирование, эмпатическое общение, самоактуализирующее общение, психологический контакт.

 

Существует множество психотерапевтических направлений, методов, конечно же, самих специалистов данной области с многообразием их собственных взглядов, смыслов, ценностей, качеств личности, которые оказывают значительное влияние на их профессиональную деятельность. Определения понятия «психотерапия» несомненно разъясняют сам термин, однако, если посмотреть глубже, обнажая сущность запроса на психотерапевтическую помощь, «механизм» психотерапевтического процесса, можем ли мы с уверенностью и однозначностью ответить, что в действительности представляет собой психотерапия сегодня и какую роль она играет в современном обществе? Какую потребность обслуживает психотерапия, появившись 150 лет назад?

Вслед за авторами-психологами (об этом в частности пишет в своей статье С.В. Маслова), можно рассуждать, что психотерапия появляется в тот момент, когда общество переживает кризис, связанный прежде всего с деятельностью своих основных институтов, а сам психотерапевт оказывается неким «посредником» между естественнонаучной медициной, с одной стороны, и более тонким миром, порой предстающим через оккультные знания и религиозные воззрения (ослабевшие в современном западном мире) – с другой. «Необходимо было появление некоего нового посредника между мирами: не столь формализованного и ставшего элементом повседневности как священник католической церкви, обладающий научными знаниями и во многом опирающийся на них (чего не достает шаману или знахарю), но при этом не редуцирующего жизненную реальность к научному дискурсу (что делает врач)» (Маслова, 2013). Выше сказанное отвечает на вопрос, почему в определенное историческое время психотерапия смогла сформироваться, как отдельная дисциплина, а психотерапевт как профессия, однако такое понимание не вносит ясности в то, что именно ищет клиент, обратившейся к психологу-консультанту или психотерапевту.

Как в ходе индивидуального развития личности, так и в процессе развития общества в целом (в данном случае можно говорить об онто- и филогенезе как проявлении одних и тех же динамических процессов, но в разном масштабе: на микро и макроуровнях) происходят качественные изменения психического, в том числе и в потребностной сфере, что обусловлено усложнением взаимодействия человека со внешней средой (Гусейханов, Раджабов, 2007). В рамках понимания психотерапии, по моему мнению, ключевое значение имеют изменения, связанные с потребностью человека в общении, предположительно и обуславливающей, запрос на психотерапию как особую форму межличностного общения. Очевидные и контрастные изменения в жизни западного человека (да и человечества в целом), которые принес XX, а после XXI век, касаются и того, как люди общаются друг с другом, чего они ждут от взаимодействия, в чем нуждаются.

Именно общение, его особая форма, в моем понимании, является тем «продуктом», который предлагает психолог-консультант или психотерапевт клиенту. Соответственно, качество работы психолога/психотерапевта определяется качеством общения, которое он предлагает/реализует с клиентом. Особенности общения человека напрямую связаны с особенностями его личности, которая в свою очередь выступает инструментом работы психолога-консультанта и психотерапевта. Таким образом ответом на часто волнующий вопрос за что платит клиент? может являться «за особую форму общения».

Казалось бы, общение пронизывает всю нашу жизнь, являясь одной из необходимостей, базовых потребностей, как воздух, вода, пища. Мы окружены людьми: на улице, работе, учебных заведениях, семье… Но как за чистым воздухом многим из нас приходиться ехать за город, за чистой водой - отправляться на родник, а за вкусной здоровой пищей в любимой ресторан, к обожаемой бабушке/теще/маме, так и общение, к которому мы стремимся, далеко не всегда доступно нам. Более того, в эпоху Интернета, скорости, перенасыщения информацией, когда общение кажется простым и легко доступным, именно оно, личное, глубокое, «настоящее» общение, чувство единства с другим человеком, внимание к нему, время на него оказываются дефицитом, а порой и роскошью. Кто-то платит за вкусную еду, кто-то – за качественное общение.

Идея автономности и самоценности общения (А. Реан, Я. Коломинский и др.) обосновывается теоретической концепцией о структуре фундаментальных потребностей человека (А. Маслоу) и позиций субъект-субъектного подхода к общению, согласно которым, общение является одной из основных потребностей, потребности со-бытия, возможности разделения своих чувств с другим человеком, возможности «отражения» себя в нем и как результат – самопознание.

Потребность в общении является сугубо человеческой потребностью, которая строится на фундаментальных основаниях стремления людей к сообществу и сотрудничеству. Мотивы, обслуживающие ее, могут быть взаимоисключающими и взаимодо­полняющими – от эгоистически-манипулятивных до альтруистически-бескорыст­ных. Завязывая отношения с другими, человек может стремиться к тому, чтобы властвовать, доминировать, производить впечатление, поддерживать имидж друже­любного и доброжелательного человека и т. д. (Лисина, 1986; Куницына, Казаринова, Погольша, 2001). Однако общение, лежащее в основе психотерапии – это отношения равенства, принятия и любви (об этом чуть ниже).

В сущности можно говорить о том, общение и потребность в нем являются интегральными категориями, и как затрагивающие все сферы жизнедеятельности человека в самом общем виде предстает на двух уровнях (или в двух плоскостях):

а) как цель, в таком понимании общение имеет ценность само по себе, как некий акт, как возможность единения с другим человеком;

б) как средство, позволяющее удовлетворить другие потребности личности, которые описываются через многообразие мотивов общения.

В контексте психотерапии общение также может выступать двояко: а) как цель и в этом случае можно говорить, что клиент обращается за определенной формой общения и отношения к себе; б) как средство достижения через психотерапию как особую форму общения своего запроса (решение жизненных трудностей, развития определенных личностных качеств и пр.).

Очевидно, что далеко не всякое общение целительно. И несмотря на то, что мы так часто говорим о важности качества общения в повседневной жизни, в научной литературе едва ли можно найти точное определение данному феномену, ровно как и его критерии. «Глубокое общение», «душевное общение», «искреннее общение» – эти описания из жизни не достаточно точны и конкретны. Не в полной мере раскрывают данный феномен и введенные психологические категории, скажем наиболее разработанное понятие «эмпатическое общение» (Головина, 2004; Draguns, 2007 и др.или «контакт» (George, Cristiani, 1990; Качюнас, 1999) относятся преимущественно к процессу психотерапии, однако, и за пределами психологического кабинета, существуют настоящее, глубокое, исцеляющее, способствующее развитию общение, которое, отчасти, конечно, может быть описано через эмоциональный контакт партнеров или эмпатию, но далеко не только через него, да и не всегда.

В психологической литературе мы находим указание на то, что именно качество общения значимо не только для повседневной жизни, но играет исключительную роль в психотерапевтическом процессе. В современных научных исследованиях, затрагивающих отдельные аспекты профессиональной деятельности психолога и психотерапевта (Г.С.Абрамова, М.Р.Битянова, И.В.Дубровина, Е.И.Рогов, И.А.Савинкова, А.К.Маркова, Е.А.Климов, И.Н.Семенов, А.А. Головина и другие), способность к эффективному взаимодействию, эмоциональному сопереживанию рассматривается как необходимое условие продуктивной профессионализации личности психолога. Результатами эмпирических исследований показано значение особенностей общения и психотерапевтического альянса при лечении многих расстройств: депрессии (Klein, Schwartz, Santiago, Vivian, Vocisano, Castonguay, et al., 2003), булимии (Constantino, Arnow, Blasey, Agras, 2005), наркотической зависимости (Barber, Luborsky, Crits-Christoph, Thase, Weiss, Frank, et al., 1999) и др.

Отдельные исследователи особо подчеркивают роль психологических условий в оптимизации эмпатического общения психотерапевта и психолога-консультанта с клиентом (И.М.Юсупов, В.В.Бойко, О.И.Цветкова и др.), более того: «…психотерапевт излечивается благодаря своему пациенту – при условии, что они не рассматривают друг друга как объекты, а общаются искренне и плодотворно» (Фромм, 2011: с. 45). Эта же идея прекрасно отражена в одной из любимых историй исцеления И. Ялома, рассказанная в «Игре в бисер» Германа Гессе, повествующая об Иосифе и Дионе, двух известных знахарях, живших в библейские времена (приводится по Ялом, 2006: с. 30).

Но все таки что за особая форма общения лежит в основе психотерапевтического процесса? Или вернее, потребность в какой форме общения лежит в основе запроса на психотерапию? Ответом, на мой взгляд, может являться «самоактуализирующее общение», потребность в нем.

Термин «самоактуализация» широко известен в психологии и психотерапии. Чаще всего под самоактуализацией (от лат. actualis – действительный, настоящий) подразумевается стремление человека к возможно более полному выявлению и развитию своих личностных возможностей, внутренняя активность личности, актуализация внутреннего позитивного и творческого стремления к росту, психологической зрелости и компетентности (Rogers, 1961; Маслоу, 2002). Но при этом наблюдается неоднозначность использования трактовки понятия «самоактуализация», на что в частности обращается внимание Л.М. Даукша (2010), соотнося рассматриваемое понятие с другими терминами, в частности – «самоосуществление самости» (А. Адлер, Г. Салливен, К. Юнг), «самореализация» (Л. Бинсвангер), «свободное самотворение» (Ж.-П. Сартр), «плодотворная ориентация» (Э. Фромм), «постижение смысла» и «самотрансцендентность» (В. Франкл, Э. Гуссерль). Однако каждое из этих понятий отражает процесс постижения собственных потенциальных возможностей и смыслов, перевод их из состояния потенциального в актуальное и воплощение в реальных условиях окружающей действительности. Самоактуализация – определенная степень личностной зрелости, которая проявляется во всех сферах жизнедеятельности человека, включая и сферу общения. В частности, описывая самоактуализирующуюся личность, А.Маслоу отмечал: «Если в самых общих чертах обрисовать отношения самоактуализированного человека с близкими ему людьми, то можно сказать, что они гораздо глубже, чем отношения обычного взрослого человека. Самоактуализированный человек склонен полностью забыть о себе, о своих нуждах, он сливается с близким ему человеком, растворяется в нем, становится его частью. Его интимные отношения являют собой пример абсолютного, предельного отождествления» (Маслоу, 2002: с. 132).

Таким образом, самоактуализирующее общение – это личностное открытое доверительное общение, основанное на адекватном выражении собственных чувств, принятии и безоценочном уважении партнера по общению, искренней заинтересованности в нем, способствующее самоактуализации обоих партнеров по общению. Фактически самоактуализирующее общение – общение, способствующее самоактуализации личности, являясь фактором полноценного развития и жизни человека.

Как и потребность в общении как таковом, самоактуализирующее общение может быть рассмотрено в двух контекстах:

а) как средство – в данном случае как способ достижения человека как субъекта общения личностной самоактуализации;

б) как цель – в данном случае как особое переживание единения с другим человеком (партнером по общению) и самим собой. В таком понимании понятие «самоактуализирующее общение» очень близко понятию «контакт» (George, Cristiani, 1990; Качюнас, 1999).

Консультативный контакт – «это уникальные динамический процесс, во время которого один человек помогает другому использовать свои внутренние ресурсы для развития в позитивном направлении и актуализировать потенциал осмысленной жизни» (George, Cristiani, 1990, цитируется по Качюнас, 1999: с. 47).

Аналогично условиям психологического контакта (Мэй, 1994; Качюнас, 1999) и эмпатическому общению (Головина, 2004), можно выделить психологические условия самоактуализирующего общения (рис. 1).

Рис. 1. Условия самоактуализирующего общения

В свою очередь в качестве психологических признаков самоактуализирующего общения можно выделить следующие: чувство безопасности (и как его результат доверие), переживание эмпатии, стремление к пониманию, чувство единства (рис. 2).

Рис. 2. Признаки самоактуализирующего общения

Названные признаки самоактуализирующего общения являются характерными для психологического консультирования и психотерапии (Мэй, 1994; Качюнас, 1999), а в повседневной жизни их можно наблюдать в общении любящих людей (здесь вслед за Вслед за Эрихом Фроммом здесь под любовью понимается плодотворная форма отношения к другим и к самому себе, «…деятельность, активность, а не пассивный эффект; это «пребывание» в некотором состоянии, а не «впадение» в него… любить – значит прежде всего давать, а не получать <…> это всегда значит также заботиться, нести отвественность, уважать и знать» (Фромм, 2011, с. 39-46).

Каждый человек стремиться быть понятым, принятым, любимым, однако в нашей жизни часто отношения оказываются дисгармоничными, не приносящими удовлетворения, и в этом случае человек может искать самоактуализирующего общения вне своей семьи и круга друзей, обращаясь к малознакомым людям, но по его мнению (иногда интуитивному чувствованию), способных на глубокое общение, понимание и сопереживание. Такими людьми могут выступать «носители духовной мудрости», гуру, психологи и психотерапевты. Как писал К. Рождерс, «любовь к пациенту – центральный момент психотерапевтического процесса. Именно за любовью клиент приходит к психотерапевту».

Как и способность любить отдавая (Фромм, 2011: с. 45), способность к самоактуализирующему общению зависит от особенностей развития личности. Не уровня развития (как характеристика «вертикальной» дифференциации), но его особенностей, как совокупности качеств и характеристик динамичной, постоянно меняющейся личности, а также той особой ситуации, в которой человек пребывает в конкретный период (срез) жизни. Качества личности, стремящейся и способной к самоактуализировающему общению, можно соотнести с большинством тех качеств, которые, по мнению авторов-психологов, необходимы психологу-консультанту или психотерапевту. По Р. Жорж и Т. Кристиани (George, Cristiani, 1990) это: доверие к людям, уважение ценностей других людей, проницательность, отсутствие предубеждений, самопознание. Согласно Р. Качюнасу (1999), это: аутнтичность, открытость собственному опыту, развитие самопознания, сила личности и идентичность, толерантность к неопределенности, принятие личной ответственности.

Авторы-гуманисты полагают, что каждый человек стремится к самоактуализации, и соответственно, можно предположить, что и к самоактуализирующему общению стремятся все. Однако так ли это в действительности? Утверждать это на практике невозможно, как ввиду отсутствия эмпирических данных, так и по наблюдению за людьми и миром в целом. Опираясь на свой личный и профессиональный опыт, я считаю, что не всякий человек стремится к самоактуализации, ровно как и самоактуализирующему общению. Так же не всякий человек, нуждающийся в самоактуализирующем общении, обращается за ним к психотерапевту или психологу. Тот, кто окружен любовью пониманием, эмпатийным, доверительным общением в обычной жизни с близкими себе людьми, чаще всего не нуждается в услугах психотерапевта. И еще, не каждый называющий себя психологом или психотерапевтом может такое общение дать.

Потребность в самоактуализирующем общении, которая включает в себя его важность и уровень удовлетворенности им в жизни (что может быть представлено в виде формулы (рис. 3)), является, по моему мнению, источником большинства психологических трудностей и проблем.

Рис. 3. Формула коэффициента потребности в самоактуализирующем общении

 

Таким образом, я полагаю, что обращение к психотерапевту обусловлено не столько объективными и субъективными трудностями в жизни клиента, сколько его потребностью в самоактуализирующем общении и невозможностью (или недостаточной степенью) ее удовлетворения в обычной жизни.

В этом смысле психолог или психотерапевт может дать своему клиенту лишь общение, но не «всего лишь» общение.

На одной из недавних сессий мой клиент, с которым мы прошли небольшой, но увлекательный путь, и который, как и многие другие, придя к психологу впервые, ожидал советов, чуда, «ого-го какого результата» от встречи с «магом и волшебником», заметил с долей печали, что все проще, чем он полагал, чуда-то нет, и несмотря на то, что многое он пересмотрел и изменил свое отношение, он не знает, за чем ему приходить в дальнейшем, что он может еще получить от наших встреч. «Чуда…», – задумчиво отзеркалила я его, а потом добавила: «Знаешь, разве что чудо общения. Здесь и теперь. Да, у меня нет волшебной палочки и все, что я могу предложить тебе – это общение, если, конечно, ты захочешь его принять». Общение. Одновременно и много, и мало…

The Psychotherapy as a Special Form of Communication

Annotation

The article considers the psychotherapy as a special form of communication, namely - self-actualizing communication. The author describes new concept as well as the essence of the form of communication which causes the client to seeking psychotherapist / psychologist-consultant, it’s signs and conditions.

Keywords: psychotherapy, psychological consultation, the empathic communication, self-actualizing communication, psychological contact.

Литература: 
  1. Головина А.А. Психологическая технология развития эффективного эмпатического общения: Учеб.-метод. пособ. Тамбов: Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та. 2004. 28 с.
  2. Головина А.А. Развитие эмпатического общения с клиентом [Электронный ресурс]//Автореферат к диссертационной работе. 2004. URL: - http://www.dissercat.com/content/razvitie-empaticheskogo-obshcheniya-psikhologa-s-klientom (дата обращение: 13.03.2014).
  3. Гусейханов М. К., Раджабов О. Р. Концепции современного естествознания: Учебник. — 6-е изд., перераб. и доп. М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К°», 2007. 540 с.
  4. Даукша Л. М. (2010) Современное состояние и перспрективы развития психологии общения.
  5. Качюнас Р. Основы психологического консультирования. М.: Академический Проект, 1999. 240 с.
  6. Куницына В.Н., Казаринова Н.В., Погольша В.М. Межличностное общение. СПб: Питер, 2001. 544 с.
  7. Лисина М.И. Проблемы онтогенеза общения. М.: Педагогика, 1986. С.31–57
  8. Маслоу, А. По направлению к психологии бытия / А.Маслоу. М.: ЭКС- МО-ПРЕСС, 2002. с. 132.
  9. Маслова С.В. Психотерапия — возрожденный шаманизм или новый вид социальной экспертизы? [Электронный ресурс]//HPSY.ru. URL: http://hpsy.ru/public/x789.htm (дата обращения: 12.02.2014).
  10. Мэй РИскусство психологического консультирования. М, Независимая фирма "Класс", 1994.144 с.
  11. Фромм Э. Искусство любить. М.: АСТ: Астрель, 2011. – 220 с.
  12. Ялом И. Дар психотерапии. М.: Эксмо, 2006. – 352 с.
  13. Barber, J. P., Luborsky, L., Crits-Christoph, P., Thase, M. E., Weiss, R., Frank, A., et al. Therapeutic alliance as a predictor of outcome in treatment of cocaine dependence. Psychotherapy Research. 1999. 9. pp54 –73.
  14. Constantino, M. J., Castonguay, L. G., & Schut, A. J. The working alliance: A flagship for the scientist-practitioner model in psychotherapy. In G. S. Tryon (Ed.), Counseling based on process research: Applying what we know. Boston: Allyn & Bacon. 2002. pp. 81–131.
  15. Constantino J.M., Arnow B.A., Blasey Ch., Agras W.S. The Association Between Patient Characteristics and the Therapeutic Alliance in Cognitive–Behavioral and Interpersonal Therapy for Bulimia Nervosa// Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2005. Vol. 73, No. 2. P.p. 203–211.
  16. Draguns J. Reports of Empirical Studies: Empathy across National, Cultural, and Social Barriers//Baltic Journal of Psychology. 2007, Vol. 8 Issue 1/2, p. 5-20. 16p.
  17. George R.L., Cristiani T.S., Counseling: Teory and Practice. 3rd Ed. Englewood Cliff. N.J.: Prentice Hall, 1990.
  18. Klein, D. N., Schwartz, J. E., Santiago, N. J., Vivian, D., Vocisano, C., Castonguay, L. G., et al. Therapeutic alliance in depression treatment: Controlling for prior change and patient characteristics. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 2003. 71. 997–1006.
  19. Rogers C. On Becoming a Person: A Therapist's View of Psychotherapy. London: Constable, 1961.